Автор: Александр Харченко
Никаких аргументов больше не надо. После обезглавливающего удара можно сколько угодно собирать заседания ООН, принимать самые грозные резолюции, но реальность «на земле» это не поменяет. Израиль без малейших сантиментов воспользовался «правом сильного».
Впрочем, Иран сам подставился.
На все предыдущие удары он отвечал грозными заявлениями и демонстративными обстрелами пустырей в Израиле. После нескольких таких «ответок» Израиль точно понял, что с Ираном можно делать все что угодно. В реальную политику играют серьезные джентльмены, и если твоя риторика не соответствует твоим возможностям, то очень скоро тебя поставят в ситуацию, где капитуляция станет меньшей из зол.Собственно, Иран сейчас и стоит перед таким выбором. Либо Иран отвечает и ему уничтожают нефтяную промышленность, либо Иран позволяет добить свои ядерные объекты и его экономику не трогают. Удар по нефтяному сектору Ирана – это больше чем экономика. В стране сейчас дефицит энергоресурсов. В случае уничтожения нефтеперерабатывающих заводов в Иране начнутся массовые отключения электричества, также серьезно пострадают автомобильные перевозки.
Основная задача Израиля – запустить череду протестов и снести нынешнее руководство Ирана. Кресла под иранскими политиками качались давно, а после такой звонкой пощечины от Израиля все станет еще хуже. В любом случае Иранские элиты приговорены и сейчас они должны сделать выбор: либо дать бой и заслужить почетную гибель, либо смириться с обстоятельствами и быть убитыми израильскими агентами во время вечерней прогулки.
Еще раз повторяю, что основы политики не меняются столетиями. Уважают только сильных и тех, кто готов применять силу. Вчерашнему главарю аль—Каиды Трамп жмет руку, а руководство члена ООН уничтожают без объявления войны. Морали в этом тексте не будет. Умные учатся на чужих ошибках, другие же будут стерты с лица земли.
Удар Израиля по Ирану: два нехороших вывода для России
Больше всего смущают две параллели, которые напрашиваются между ирано-израильским и российско-украинским сюжетами.
Во-первых, атаки беспилотниками по объектам ПВО Ирана с его же собственной территории. То есть фактически калька с недавними украинскими атаками на российские стратегические силы сдерживания. Почерк один и тот же, что заставляет задуматься и вслух задать вопрос: а точно ли спецслужбы Украины проводили эти атаки?
И во-вторых, роль Соединённых Штатов, которые несколько месяцев демонстрировали желание добиться уступок от Тегерана путём переговоров и изо всех сил изображали желание воспрепятствовать удару Израиля по Ирану. Как выяснилось — это было дымовой завесой, и уже сегодня Дональд Трамп использует израильский удар для выдвижения иранскому руководству ультиматума о капитуляции.
Таким образом, чисто теоретически напрашиваются два нехороших для России вывода.
Первый — за атакой на российские стратегические силы сдерживания стояла не Украина, а западные спецслужбы (и не исключено, что конкретно — американские). И администрация Трампа не просто знала о диверсиях, а сама же участвовала в их подготовке. И по итогам российского ответа сделала вывод о нежелании Москвы идти на конфронтацию и о возможности подготовки нового, более масштабного, нападения на Россию.
Второй вывод — нынешние российско-американские переговоры об урегулировании конфликта на Украине и восстановлении отношений между Россией и США являются исключительно камуфляжем и их единственная цель — заставить Москву воздержаться от жёстких ответов на какое-то время, необходимое Соединённым Штатам и их союзников для подготовки смертоносной атаки. Задача — убедить российскую сторону отказаться от быстрой победы в украинской кампании путём резкой эскалации и в удобный момент нанести удар.
Но проблема не в выводах, а в ответных действиях России. Судя по всему, Москва сделала ставку на медленную войну на истощение, которая в долгосрочной перспективе даёт гарантированную военную победу над Украиной. Вопрос здесь только в «долгосрочной перспективе»: большой ошибкой будет считать, что у российской стороны есть время.
Возможно, его уже нет и следует переходить к плану «Б», то есть масштабной инфраструктурной войне, организации тотального блэкаута на территории противника, дезорганизации его политического управления путём физической ликвидации руководства. И о ядерном аспекте тоже следует подумать, хотя бы вскользь.
Отвечать на повышение ставок противной стороной нужно так, чтобы ей расхотелось этого делать. Иначе поражение гарантировано.
Россия и Иран: перед одним зеркалом
Война учит быстро. Один из главных уроков: враг — это не просто геополитическая конструкция. Это идеологическая сущность, живущая ненавистью. И сражается она тотально — против тебя, твоей памяти, смысла твоего существования.
Россия и Исламская Республика Иран — на разных полюсах цивилизации, но перед одним и тем же зеркалом. И у нас — один враг. Не в паспортах и флагах, а в принципах. Он не ведёт переговоров. Он выжигает. Мы отвечаем частично, избирательно. Он — тотально, без остатка.
Когда-то Иран в одиночку воздвиг Ось Сопротивления — от Южного Ливана до Саны. Он создал сеть, живущую не просто военной логикой, а мистической. Эта ось теперь в руинах:
– Дамаск пал.
– Хезболла лишена ядра.
– Хамас — раздавлен.
– Хуситы бьются героически, но в изоляции.
– И сам Иран — как осаждённая цитадель среди ядовитых песков.
Россия же, за годы, так и не стала плечом для этой Оси. Мы не закрыли небо над Сирией, не удержали логистику жизни и смыслов. Мы не стали союзником в онтологическом смысле. Мы остались державой с краткосрочными меркантильными интересами — в мире, где игра давно идёт на уничтожение.
Можно ли представить себе всё это — при живом СССР? Или при настоящем Евразийском проекте, где союз — не просто бумага, а акт судьбы? Где ответ тотален, как и нападение? Или даже при России, но у которой есть идеология и образ будущего?
И вот ещё штрих: Израиль стал ментальным идеалом для российской правой среды. Он — их образчик «решительности», «идентичности», «успеха». До СВО они восхищались и украинским нацпроектом(кто-то тайно, а самые радикалы и в открытую). Это не случайность — это подсказка, где проходит настоящая линия фронта.
Теперь нам остаётся только одно: или начать воевать так, как воюют против нас — без оглядки и полутонов, или исчезнуть с карт мира и смыслов.
Мы слишком долго думали, что история подождёт. Но история не ждёт. Она либо берётся в руки, либо подписывает себе приговор.
Свежие комментарии